ООО "БИОХИМ", 192012, Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны, д. 120 Лит. Б, оф. 334
тел.: +7 812 380-8205
т./ф.: +7 812 380-8206
e-mail: info@biohim.ru
о компании / о коррозии / библиотека / методы защиты / продукция / контакты/ области применения
Главная страница   Главная
ООО   ООО "БИОХИМ"
новости   новости
информация о коррозии   о коррозии
библиотека   библиотека
методы защиты   методы защиты
продукция   продукция
контакты   контакты
фотогалерея   фотогалерея
области применения   области применения
faq   faq
Библиотека




Токарева Марина, Санкт-Петербург Ангел над городом. // Время МН (Москва).- 28.05.2003.- C.8
Вернуться в алфавитный список статей
Вернуться в тематический список статей

Текст публикации:
Ангел над городом.

За юбилейным блеском - пот и слезы

Настоящие герои 300-летия Петербурга - не горожане и уж тем более не власти предержащие. Реставраторы.

Это на их улице сегодня праздник. И честная их радость не от причастности к миллионным "бабкам" (из которых далеко не львиная доля потрачена на памятники и уж тем более - на оплату редкостного труда) - от прикосновения к рукотворным чудесам первостроителей Петербурга - великих зодчих, скульпторов, мастеров, создавших город таким, каким мы его любим.

Владимир Сорин (выпала ему удача), кроме клодтовских "Укротителей коней" на Аничковом мосту, кроме колесницы Славы на арке Главного штаба, "лечил" одну из главных святынь Петербурга - Александрийский столп.

Ошибка Монферрана

...Сияет свежей краской "желтизна правительственных зданий" - как очаг, нарисованный на холсте в сказке про Буратино. А петербургская явь - за стройными фасадами главного штаба. Стоит сделать несколько шагов, и в сотне метров от Дворцовой - другой мир, другой век. Пыльный, заваленный мусором двор, ветхие деревянные ступени, обветшавшие коридоры... Здесь, в непарадной части юбилейного Петербурга, - временное пристанище реставраторов.

Одна жизнь кончилась, а другая еще не началась... В день, когда мы встретились, Владимир Сорин, человек, давший новую жизнь воспетому Пушкиным Александрийскому столпу, по собственному его признанию, ощутил почти опустошение. Два года его рабочее место находилось в 50 метрах над Петербургом... Высота, теснота, дожди и мороз, "юбилейный" рабочий график - 11 часов в день - и труднейшие задачи восстановления бронзы и камня.

Работа кончилась, все получилось, шедевр Монферрана обмотали бело-красно-синими воздушными шарами под цвет российского триколора для торжественного открытия. А Сорин сидел, положив на стол тяжелые руки и опаздывая на дачную электричку, никуда не торопился.

Все началось с того, что про столп (историческое его имя - Александровская колонна)... забыли. Не включили в президентский список особо ценных федеральных объектов. Позже, когда власти опомнились, оказалось, что денег отпущено очень мало. Сотрудники Музея городской скульптуры, в чьем ведении находится уникальный экспонат, сумели спешно договориться с вертолетчиками и альпинистами, вершина колонны была сфотографирована, и все ясно увидели: бронзовый цилиндр, на котором стоит Ангел, пронзили катастрофические трещины.

До того как наверх поднялся Сорин, главный специалист фирмы "Интарсия", считалось, что здесь вполне достаточно косметической реставрации. Залатать трещины - и спуститься вниз, средств на серьезные работы нет.

Но Сорин заглянул внутрь капители, где находились держащие вершину конструкции, и воочию увидел результаты единственной ошибки Монферрана.

Великий Огюст вместо гранита использовал кирпич: в тот год в России была холера, на гранитных карьерах умирали люди, подрядчики подводили, а царь торопил. За два почти века кирпич на известковом растворе впитал около трех тонн воды, и на главную площадь города в канун юбилея могла обрушиться часть, а то и вся капитель. В этом случае судьба Ангела становилась непредсказуема.

Сорин немедля привлек к исследованиям лучшие научные силы Петербурга. Специалисты из НИЦ-26, работающие на Минобороны, по долгу службы изучают свойства и прочность того самого гранита, из которого вырублена Александровская колонна...

- Они ответили на все наши вопросы, - говорит Сорин, - и сделали прогнозы.Их выводы и определили стратегию реставрации. Оказалось, предстоит капитальная работа.

Работа, равная подвижничеству. Чего стоило вынуть набухший искрошенный кирпич, заменить на гранит, прочистить памятник изнутри, просверлить 56 незаметных отверстий в бронзе, создать систему вентиляции. Работали с помощью эндоскопа, телеуправляемой камеры и... коловорота. Висели в штреке внутри колонны головой вниз, на морозе примерзали волосы.

Мастер-реставратор Петр Португальский в 25-градусный мороз сверлил основание вручную. Реставратор Сергей Морозов, самый гибкий и узкий, раздевшись, протиснулся внутрь Ангела через отверстие 17 на 45 сантиметров и работал там, в тесноте и ледяном холоде.

- Он, - улыбается Сорин, - единственный в мире человек, который пил кофе внутри Ангела. Но влез он туда едва-едва - как поршень.

Объем работ произведен гигантский и беспрецедентный. Американцы, которые брали у Сорина интервью, услышав, что все обошлось примерно в 16 миллионов рублей, решили, что он скрывает настоящую сумму. Трудно было объяснить, что здесь, на Александровской колонне, люди работали не только за деньги за что-то большее...

- И все время мы были в восторге от этого уникального сооружения. Шотландец Чарлз Берд и француз Опост Монферран создали в Петербурге восьмое чудо света.

Сто часов волшебства

Монферран поставил свой памятник на рубеже двух эпох - ручного труда и технических революций. Лучший из учеников Бетанкура, одного из основателей инженерного дела в России, он обладал упорством древних египтян и дерзостью архитекторов будущего. Все, что он придумал и использовал, создавая Александровскую колонну, не просто опережало его время - поражает воображение людей и в нашем XXI веке.

Рассказ о том, как это было, - будто фрагмент книги про Гул-ливера или часть античных хроник. Глыбу гранита в 1200 тонн вырубили под Выборгом в девяноста метрах от берега залива. Полгода древние строители храмов и пирамид двигали к воде, чтобы погрузить на специально сделанную баржу. Но по Финскому заливу баржу уже тащили английские пароходы.

Она причалила к Адмиралтейскому спуску. На верфи выстроили наклонную эстакаду. Колонну высотой 47, 5 метра тащили волоком. Поднимали вручную. Три тысячи человек сделали это за сто минут. Шлифовали, уже поставив, стесав 400 тонн гранита. Работали без права на ошибку - все было продумано в мельчайших подробностях. И каждое действие было необычным, новаторским. Но главное чудо - то, как стоит колонна.

Тайны Александрийского столпа

После того как Сорин увидел навершие, он захотел взглянуть на основание. Один из самых больших страхов - колонна может рухнуть. Обрушение ее - катастрофа. Удар о площадь вызвал бы обвальные деформации всех зданий вокруг - от Эрмитажа до домов на Невском проспекте.

Тревога погнала реставраторов в глубину, под колонну. Они решили выяснить то, что им и не поручали: насколько прочен фундамент Монферранова творения, как он "пережил" минувшие века. Гранит - вечный камень. Но и он крошится.

Владимир Сорин с Петром Португальским заглянули туда, куда никто не заглядывал с пушкинских времен - и увидели чудо. Оно не описано ни в учебниках, ни в путеводителях. Колонна стоит не на плоскости, а на конусе, который выращен из этой плоскости, ее края свешиваются и при весе сооружения в тысячу тонн не крошатся. Впрочем, Монферран ослушался императора, и хотя на проекте рукой Николая написано: "Сделать все из краснаго финскаго граниту!" - употребил для "пяты" сердобольский гранит, в пять раз более прочный.

И когда были закончены ультразвуковые исследования, стало ясно: трещины в наружном слое не просекают гранит насквозь...

Бедные кони Клодта

Физик по образованию, Сорин придумал, как лечить бронзовую болезнь - злокачественную #коррозию, которая разрушает металл до дыр. Бронза, которая прежде считалась вечным материалом, не выдерживает напора нынешней реальности.

Кони Клодта были больны бронзовой болезнью с ног до головы. И Сорин создал и запатентовал защитный слой, испробованный им еще в Новгороде, на памятнике "Тысячелетие России".

- Только что получены результаты испытаний в камере искусственного климата. Прогнозируемый срок жизни покрытия - 75 лет.

У реставратора Сорина - уникальный набор качеств: кроме научных знаний, он владеет рисунком, ремеслами, обладает интуицией и выверенным художественным вкусом. Истинный петербуржец, интеллигент и мастер, он полон спокойствия и прочного, как его занятие, достоинства. Но, договариваясь по телефону о встрече, произносит поразившую меня фразу: "Приезжайте немедленно, я собираюсь уехать, чтобы поскорей все забыть"...

Накануне реставраторы из его отдела собрались в этой же комнате и признались себе и друг другу: им несказанно повезло, они работали "с Монферраном", но дальше будут только слезы.

Сорин показывает фотографию клодтовского Возничего, на шее у него - сноп ярких царапин. Ему, недавно отреставрированному, только что пытались отпилить голову.

Толпы вандалов с легкостью добираются по крышам до колесницы Славы на арке главного штаба. Царственно летящая снизу, вблизи она выглядит иначе: тонкий металл помят ногами, испещрен надписями. Триумфальные кони хрупки и не рассчитаны на танцы на спинах.

Тридцатого апреля Сорин и его люди закончили работы на Александровской колонне. Потом было 1 мая, потом 9 мая...

- Такого количества разбитых о памятник пустых бутылок, таких гор мусора я в жизни своей не видел. И полировка, которую мы сделали, и защитно-декоративный слой, который нанесли, варварски повреждены.

Надписи - огромными буквами, старательно процарапанные в теле колонны, - АЙ ЛАВ ПИТЕР, в числе прочих сфотографировали и послали в Смольный. Ответа не было.

Александровская колонна прежде была защищена оградой, ампирной, красивой. В 30-е годы большевики расплавили ее на патронные гильзы. С тех пор колонну не защищает ничто.

Ограду решено восстановить, но деньги на нее у городской власти пришлось "вырывать из глотки", и будет она только осенью. Сорин предложил пока поставить временную, уговорил директора собственной фирмы дать на это деньги, добился одобрения ГИОПа... Реставраторы купили материал, нарезали его и вышли на работу в праздник, чтобы быстро поставить ограду. Но приехал губернатор и сказал: не надо! Некрасиво!

Из-под груды бумаг на столе Сорин извлекает цветной отпечаток: неизвестный художник запечатлел дворцового гвардейца - в красном мундире, пышной шапке из меха. Он смотрел за колонной и за порядком на площади, а в северо-восточном ее углу была доя него будка...

- Мы предложили этот персонаж восстановить. Предложили всем, кому можно, - губернатору, новому представителю президента, Эрмитажу, Музею городской скульптуры... Нашли художницу по костюму, она взялась сшить собственноручно и зимнюю, и летнюю форму гвардейца. Никто не возражает, но ни денег, ни распоряжений не дает.

И все самые сложные для нас, грандиозные памятники - кони Клодта, колесница и колонна - изуродованы сразу после реставрации.

На одной из фотографий Петр Португальский стоит перед Ангелом на одном колене, будто прощается.

- Видеться будем, но не встретимся уже никогда. Когда наступит следующий этап реставрации - через полвека, туда поднимутся другие.

...Есть у Петербурга, кроме разрушителей, хранители. Вечные и нынешние. Потому и стоит город.

Фото:

- Бедные кони Клодта

- Владимир Сорин возле Ангела. Работа сделана - и какая!



Вернуться в алфавитный список статей
Вернуться в тематический список статей

Внимание! Администрация библиотеки предупреждает всех своих пользователей, что за всеми публикациями, представленными в библиотеке, сохраняется право автора на использование своего произведения или иного владельца исключительных прав на использование произведения.
создание сайта: Это Design